«Наш проект — это не фантазия сценаристов. Это рассказ о реальных людях, от чьих решений зависела судьба миллионов. В то время, когда весь мир жил под угрозой ядерной войны, Брежнев и Брандт нашли в себе мужество выйти за пределы идеологических шаблонов. И сделали то, чего от них никто не ждал — начали диалог. «Дорогой Вилли» об этом. Безусловно, для написания сериала пришлось пересмотреть многое — от голливудских триллеров до европейской публицистики. Но в итоге стало понятно: правда сильнее. Я лично делал интервью с Эгоном Баром, Вячеславом Кеворковым, Маркусом Вольфом и другими участниками событий — когда правда под рукой, нет нужды в вымысле. Этот проект родился из уважения к тем, кто действительно менял ход истории. От зрителей я хотел бы ждать размышлений. Жду, что кто-то задаст себе вопрос: а возможно ли и сегодня — на грани новой мировой войны — услышать друг друга? «Дорогой Вилли» — это не только про Брежнева и Брандта, но и про нас. Как далеко может зайти человечество в противостоянии? И где проходит граница, за которой начинается путь к миру?»,

«Самое трудное в создании образа Брежнева — уйти от карикатуры, которая прочно закрепилась в массовом сознании, и найти в нём живого человека. Для меня важнее не внешнее сходство, а эмоциональная правда. Сценарий показался мне необычным: это не привычный политический портрет, а история выбора и риска. Особенно запомнились сцены переговоров — в них чувствовалось напряжение, будто события происходит здесь и сейчас»,

«Для меня было важно показать Брандта не только как политика, но и как человека, который в условиях невероятного давления находит в себе смелость идти против сложившейся послевоенной системы. Самым сложным было почувствовать его внутренний баланс — между холодной расчётливостью и человеческой уязвимостью. Немецкий язык я начал учить с нуля, и это оказалось непросто, но без этого невозможно достоверно передать героя. Мне хотелось, чтобы зритель увидел в Брандте живого человека, а не бронзовый памятник»,

«Для зрителя в начале Марта — привычный образ: шпион, безликий и безжалостный убийца по ту сторону баррикад. Но постепенно завеса приоткрывается, и перед нами возникает другая сторона — женщина, живая, нежная, с чувствами, загнанная в ловушку, из которой нет выхода. Она свернула не туда, и именно этот парадокс оказался самым интересным в роли: сочетание человека, попавшего в жесткую систему. Мне кажется, именно человеческая история — любви, дружбы — и есть то, что разворачивает сюжет в другое русло. Я обожаю исторические сериалы — в первую очередь за особую атмосферу. А здесь ещё работали настоящие мастера: режиссёр Владимир Щегольков, оператор Пётр Духовской, которые с невероятной скрупулезно относились к каждой детали. Ты словно переносишься в ту эпоху: гостиная, звон хрустальных бокалов, хруст паркета, дым сигарет, скрип кожаных перчаток  —  всё это ощущается буквально кожей»,