Цинизм и черный юмор в правильных пропорциях - залог отличного киноперсонажа. Запоминающегося, цепляющего внимания, вызывающего живой интерес у зрителя. Нередко именно такие герои становятся культовыми. А слава их живет годами и десятилетиями. Самые яркие примеры - в нашей сегодняшней подборке.

Грегори Хаус (“Доктор Хаус”)

Будучи Шерлоком Холмсом от мира медицины, Хаус во многом подражает знаменитому сыщику, но точно превосходит его в цинизме. Свое неизменно плохое настроение он привык оправдывать болями в ноге. Но, похоже, со временем граничащая с мизантропией раздражительность стала частью ДНК гениального диагноста. А в его гениальности сомнений нет - прозрения Хауса действительно сродни детективным.

Перри Кокс (“Клиника”)

Вероятно, сам доктор Кокс отреагировал бы на попадание в эту подборку следующим образом: “Девочка моя, если ты всерьез считаешь, что мне есть дело до каких-то глупых списков, то тебе нужен врач, но не я, потому что я от тебя уже смертельно устал, а ведь мы даже не знакомы”. Привычка вымещать свою агрессию на окружающих порой дорого обходится Коксу. Но нельзя не признать, что в своей вызывающей саркастичности он бесподобен.

Бендер (“Футурама”)

Хоть Бендер и робот, но ничто человеческое ему не чуждо. Он пьет, курит, не стесняется в выражениях, а еще не прочь порой пошло, но всегда смешно пошутить. Впрочем, к своим друзьям Бендер относится с большой любовью, хоть и проявляет ее весьма своеобразно. Но чего точно нет в его искусственном интеллекте, так это искусственности.

Грю (“Гадкий я”)

Считаете, что люди не способны меняться? Посмотрите на Грю! Он собирался стать величайшим злодеем в истории человечества, пытался украсть Луну, замораживал окружающих ледяным лучом и отказывался повышать зарплату своим миньонам. А в итоге стал примерным семьянином и вообще душой компании. Но давайте будем честны, полюбили мы Грю все-таки за его темную сторону. Ведь очаровательный мизантроп - это прямо-таки находка.

Стьюи (“Гриффины”)

Может ли младенец быть мазохистом, циником и мизантропом? Конечно, если это Стьюи Гриффин! Возможно, когда он подрастет, то наконец воплотит свою давнюю мечту и захватит мир, но пока что приходится ограничиваться мелкими пакостями в адрес домочадцев. Хотя за то, что Стьюи и вправду когда-нибудь станет взрослым, никто не поручится. Как знать, может, это просто инфернальный внеземной разум в вечно юном теле премилого малыша.

Трэвис Бикл (“Таксист”)

Ему 26, он одинок, когда-то служил в морской пехоте во Вьетнаме, а теперь колесит бессонными ночами по улицам Нью-Йорка в поисках… чего-то. А чего - ни он, ни зрители никогда не узнают. Трэвису плевать на мир, и это взаимно, но в конце концов он все равно находит нечто, за что готов драться и даже умереть, пускай и отвергает любую награду. Потому что такова его сумеречная душа, наполненная в одинаковых количествах ненавистью, состраданием и пустотой.

Мелвин Адал (“Лучше не бывает”)

Ненавидеть все и всех вокруг - сложнее, чем кажется. Но Мелвин Адал, эксцентричный писатель с явными проблемами с психикой, не ищет легких путей. Он успешен, богат, обласкан вниманием, но ничто из этого его не радует, а большинство людей его попросту бесят. Но даже на таких сумасбродов находится противоядие. Адалу оно является в виде собаки соседа, за которой требуется уход. Питомец учит страдающего от ОКР писателя доброте и преданности. То есть тем качествам, которые, в отличие от бульварных любовных романов, никогда не выходят из моды.

Уолт Ковальски (“Гран Торино”)

По его собственным словам, однажды он починил дверь, которая даже не была сломана. И в этом весь Уолт - овдовевший ветеран войны в Корее. Он зол на весь мир, он никому и ни во что не верит, но однажды берется перевоспитать соседа, пытавшегося угнать машину Ковальски, а в результате вступает в конфронтацию с бандой, держащей в страхе весь район. Он - герой. Не из тех, о ком слагают легенды, нет. Скорее, из тех, кто слишком хорошо знает жизнь, чтобы еще хоть чего-то в ней бояться.

Уилли (“Плохой Санта”)

Нелегкая это работа - быть хорошим Сантой. Еще тяжелее - быть плохим. Днем Уилли веселит детишек в торговых центрах под Рождество, а по вечерам обчищает сейфы сувенирных магазинов. Правила его жизни очень просты - практически “украл, выпил, в тюрьму”. Порой кажется, что это само зло во плоти. Но жизнь тем и удивительна, что дает вторые шансы даже таким отщепенцам, как Уилли. Главное - этими шансами пользоваться, будь ты хоть мизантроп, хоть Санта-Клаус.