1946-й год. Участник штурма Берлина, разведчик Игорь Волгин, ныне сотрудник военной прокуратуры, получает охапку писем от брата, которого он давно считал без вести пропавшим. Отправлены они из Нюрнберга — города, в котором готовится площадка для суда над нацистскими преступниками. Волгин отправляется туда, чтобы разыскать родственника, но находит не его, а русскую девушку Лену, которую когда-то насильно увезли в Германию. Она каким-то образом связана с ячейкой недобитых фашистов, действующих в городе, цель которых — если не сорвать военный суд, то, как минимум, заставить замолчать его ответчиков. Игорь считает Лену предательницей, но сам не замечает, как влюбляется в нее.

У «Нюрнберга» сложная и долгая судьба — родившись из книги «На веки вечные» экс-заместителя генерального прокурора РФ Александра Звягинцева, он первоначально задумывался, как масштабный сериал, но был знатно перелопачен на уровне сценария Николаем Лебедевым, который перебрался на проект с должности постановщика «Воланда». Характерно, что в обоих фильмах снялись германоязычные актеры — в новой картине Михаила Локшина булгаковского дьявола играет Аугуст Диль, и это заведомо яркая, помпезная, широкая роль для артиста с международным именем. В «Нюрнберге» австриец Вольфганг Черни, не успевший толком «орусеть», как пришлось покинуть Россию, исполнил роль главы нацистской ячейки.

По сути, «первый художественный кинофильм, показывающий основные события процесса», как его позиционируют создатели, паразитирует на теме, как кастинг-директора паразитируют на фигуре Черни, который опять играет «плохого немца» — так в Голливуде русские актеры обречены играть «плохих русских». Если «Нюрнбергский процесс» Стэнли Крамера был посвящен «всего лишь» судьбе нацистских юристов, то «Нюрнберг» рассказывает о преступлениях ключевых военных преступников вроде Генриха Геринга. Проблема в том, что, собственно, процесса тут не так уж много — эти сцены выглядят скорее как приложение к детективной истории по выявлению предателей, перемешанной с мелодрамой.

Как заявлял один из идеологов проекта, тогда еще министр культуры Владимир Мединский, цель фильма —  возвращение роли Советского Союза в Нюрнбергском процессе, которую «полностью приватизировали США». Как на такой своеобразный ответ Чемберлену отреагируют зрители — покажут кассовые сборы.