Леонид Гайдай всегда снимал в своих фильмах самых красивых актрис. На экране их героини выглядели очень модными. Вспомним «кавказскую пленницу» Нину — красавицу, спортсменку, комсомолку. Она стала идеалом, образцом для подражания у целого поколения. Все женщины СССР в 60-х хотели ходить в таких же очаровательных туфельках на низких каблучках-шпильках, носить подобные клетчатые рубашки, юбки колоколом, брючки капри длиной до колена или чуть ниже. 

Героиня Натальи Селезневой в комедии «Иван Васильевич меняет профессию» оказалась еще большей модницей. Наряды ее Зиночки смотрелись настолько стильно, ярко и эффектно, что их тоже немедленно захотели скопировать зрительницы. А все почему? Потому что над их созданием работал сам Слава Зайцев. Его имя уже тогда, в начале 70-х, гремело на всю страну. Его называли восходящей звездой советской моды. Он занимал пост художественного руководителя экспериментально-технического цеха Общесоюзного дома моделей одежды на Кузнецком Мосту. Еще в 1967 году получил Гран-при за платье под названием «Россия» на Всемирном фестивале моды в Москве. 

У него было несколько побед и на международных конкурсах. Он одевал многих звезд. И даже Екатерину Фурцеву, министра культуры Советского Союза. Впервые к модельеру она обратилась за помощью накануне торжественного вечера, посвященного десятилетию полета в космос Юрия Гагарина. Зайцев сшил Фурцевой маленькое черное платье. К тому же у Вячеслава Михайловича был опыт работы со сценическими костюмами. Мос­ковская публика увидела его творения в культовой постановке «Безумный день, или Женитьба Фигаро» Театра сатиры. Премьера спектакля состоялась 4 апреля 1969 года. Модельеру особенно удались атласное платье графини Розины (ее играла Вера Васильева) и костюм Фигаро (его играл Анд­рей Миронов).

Слава Зайцев в те годы был просто невероятно работоспособным, буквально фонтанировал идеями. Люди, хорошо его знавшие, рассказывали, что за одну ночь он мог придумать больше двадцати эскизов! Так что понятно, почему Гайдай выбрал именно его.

Вообще, над фильмом «Иван Васильевич меняет профессию» работала художник Надежда Бузина, которая специализировалась на исторических русских костюмах, но Гайдаю требовалось что-то остромодное для Зиночки. Ведь она должна была свести с ума не только режиссера Якина, но и Ивана Грозного. И Зайцев создал наряды, которые буквально потрясли зрителей. Например, яркое платье А-силуэта, в котором сочетались сразу две длины: мини и миди. Заслуживала особого внимания отделка широким белым кантом. Четкие линии, строгая геометрия — все это было присуще творчеству французского дизайнера Андре Куррежа конца 60-х годов. Двойная юбка (нижняя — мини и верхняя — миди), по мнению знатоков, придумывалась под влиянием знаменитого Пьера Кардена, его модный дом экспериментировал в то время как раз с такими фасонами.

Красное платье-рубашка, спереди на пуговицах, в котором Зиночка поет песню «Звенит январская вьюга», отражает все основные тенденции советской моды того периода. Во-первых, короткая длина — намного выше колена! Дело в том, что на Западе мини-юбки пользовались бешеной популярностью в середине 60-х. А в СССР эта мода пришла гораздо позднее. И взлет мини в нашей стране начался в начале 70-х, когда в Европе и Америке уже царили юбки макси длиной в пол. Платье-рубашку популяризировал французский дизайнер Ив Сен-Лоран еще в 1968 году, когда представил парижской публике свою знаменитую коллекцию в стиле сафари. Зайцев никогда и не скрывал того, как его вдохновляло творчество Сен-Лорана.

Еще один наряд Селезневой в фильме выглядел не менее сногсшибательно, чем ее платья. Вячеслав Михайлович придумал ее героине шикарный белый брючный костюм — приталенный жакет с необычными рукавами и брюки клеш. Модные аксессуары сыграли тут свою важную роль — все красного цвета. И бусы, и шляпа с полями, и перчатки, и даже чемодан добавляли шарма и элегантности образу. В таких головных уборах часто ходили модницы 70-х. Ну а брючные костюмы обожали делать многие дизайнеры в то время, включая самого Сен-Лорана. Вячеслав Зайцев говорил о нем так: «Он был просто потрясающим модельером. В мире я мог бы назвать только три подобных величины — Сен-Лоран, Кристиан Диор и Коко Шанель. 

Этот художник оказал на меня огромное влияние. Я смело могу назвать Сен-Лорана своим учителем, которого бесконечно уважаю. Его считали человеком весьма закрытым, но мы с ним были довольно хорошо знакомы. Я общался с Лораном, когда он приезжал на открытие своей выставки в Москве в декабре 1986 года, а в конце 80-х я старался ходить на показы всех его коллекций, когда приезжал в Париж. Его творчество всегда поражало мое во­ображение». По большому счету, сегодня не так уж и важно, кто, как и на кого повлиял при создании костюмов, главное же результат. Мы имеем перед глазами прекрасные образцы моды той поры, которые вдохновляли тысячи, даже миллионы женщин. И это факт!