Мишель (Иван Атталь, муж Шарлотты Генсбур) — преуспевающий архитектор, муж и отец. Его жизнь благополучна, но есть нюанс: Мишель готов сорваться с места в любой момент, бросить работу и семью — все ради старшего брата Патриса (Матье Кассовитц). И однажды ему приходится это сделать: Патрис исчезает, никто не знает, где его искать. Никто, но не Мишель: он немедленно едет в канадскую глушь, где в лесу вдали от цивилизации Патрис прячется в маленьком плохо отапливаемом домике в компании книг, гитары и шахмат.

У двух братьев есть секрет: очень давно, в конце сороковых, когда Мишелю было четыре, а Патрису — шесть, они остались одни в приюте и стали невольными соучастниками самоубийства директора. Они сбежали в ближайший лес и провели там немыслимые семь лет. Вернувшись обратно в цивилизацию, братья так и не смогли до конца к ней приспособиться: особенно это касалось Патриса, который, кажется, много десятилетий просто искал повод, чтобы сбежать обратно.

Пусть вас не обманывает рекламный трейлер: «Братья» Оливье Касаса — не детектив и не триллер, а тягучая семейная драма. Режиссер настолько был впечатлен этой историей, рассказанной ему лично повзрослевшим и постаревшим Мишелем, что решил воспроизвести ее буквально: в одной сюжетной линии два мальчика пытаются выжить в дикой природе, в другой — двое взрослых мужчин пытаются понять, как им жить с этими воспоминаниями дальше. Первая похожа на историю двойного Маугли, она выглядит острее и динамичнее: мальчики пробуют на вкус потрошенную змею, согреваются теплом своих тел, охотятся с помощью рогатки, ненадолго примыкают к цыганскому табору. Потом один из них заболевает, другой отправляется на поиски лекарств и исчезает. Владелец старой свалки держит его взаперти несколько дней — что он с ним делал все это время, мы и так догадались без всяких слов.

Постепенно из этого симбиоза «Кораллового острова», «Робинзона Крузо» и «Повелителя мух» вырисовывается главный «взрослый» конфликт Мишеля и Патриса: свое детство в лесу они запомнили по-разному. Кому-то из них эти воспоминания помогают жить, а кому-то — наоборот.

И в этом проблема. Но на то, чтобы показать действительную трагедию связи и одновременно разобщенности, сил уже никому не хватает. Или воспоминания Мишеля были так однобоки, что Матье Кассовитц не понимает, что ему-то здесь играть. Пространные диалоги и бесконечные ракурсы сверху не заполняют пустоты: можно успеть сходить за кофе, проверить время и свежие сообщения в телефоне, пока на экране действительно что-то еще произойдет.

Что в «Братьях» действительно вызывает интерес — это моменты столкновения детей с цивилизацией на раннем этапе. Их жизнь в приюте, клубок взаимоотношений директора с другими взрослыми, ловец мидий, попытавшийся заменить им отца, мать, просто не забравшая их в начале лета из приюта, зато забравшая потом, наконец, так и не озвученная тайна произошедшего на свалке… Но Касас был, очевидно, связан рассказанной ему историей, доверенной ему тайной (что самое удивительное, о парочке французских маугли не знал никто) и не мог рассказать или додумать то, чего Мишель рассказывать не хотел — а потому мы получили на выходе детскую вариацию «Выжившего», только без Ди Каприо и медведя. А на все основные вопросы разом Касас ответил финальным пространным титром «…время было такое, послевоенное — дети пропадали», как будто история ему внезапно надоела, и он решил разделаться с нею разом, словами «и так далее, и так далее».