Каждый день Анна Бородина (Анна Михалкова) садится в старый автобус, приезжает на кондитерскую фабрику, выстаивает там смену и возвращается домой, к семье. Ее жизнь не ужасна, но монотонна и лишена радостей: к тому же в новостях по ТВ одни катастрофы и ядерные испытания, а огромное табло на бетонном здании фабрики ведет неумолимый отсчет умерших от ковида.

В мире Анны вечная зима (действие происходит в Перми), все носят бесформенные куртки, пальто мышиного цвета, и, конечно же, защитные маски из плексигласа («Маску надень!» – рычит кассирша в супермаркете, с ненавистью обслуживая очередного покупателя).

Но страна не унывает. Россия вот-вот освоит Марс, первая экспедиция отправится туда уже через 50 дней. Ликующие лица будущих космонавтов мелькают по телевидению, на каждом доме, в каждом учреждении висят духоподьемные плакаты. На фоне этих новостей Анна вдруг начинает слышать голос инопланетного разума, пытающегося предупредить человечество: к будущей экспедиции они не готовы. И вообще через десять лет все умрут, если не обретут любовь прямо сейчас.

Благодаря этим посланиям Анна станет знаменитой, поедет в Москву, получит в подарок шикарную шубу и заведет любовника. Только она не просто не спасет человечество, но и не спасется сама. Потому что найти любовь – задача в нашем сегодняшнем мире почти невозможная.

Примерно двадцать лет назад Анна Меликян дебютировала с трагикомедией «Марс» про маленький провинциальный городок с фабрикой мягких игрушек. На самом деле городок назывался Маркс (в честь одного из вождей мирового пролетариата), но одна «выпавшая» буква превращала его в своеобразную фантастическую «страну чудес», зависшую в безвременье.

В «Чувствах Анны» роль условного «Марса»/«Маркса» играет Пермь, а настоящий Марс так же недостижим, как и пару десятилетий назад. Это снова радужная мечта, иллюзия, сладкий сон.

Вот Пермь реальная до жути с ее унылыми спальными многоэтажками, плохо освещенными улицами и сюжетообразующей кондитерской фабрикой, где делают конфетки, пропитывая их коньяком из большого чана (из того же чана «угощаются» на обеде и работницы вместо компота). В серой массе работниц выделиться невозможно, но Анне на время это удается. Она становится звездой – и ей это страшно нравится. Да, теперь ее откровенно «пользуют» все кому не лень, совершенно не прислушиваясь к тому, что она говорит. Но зато у Анны есть повод «сделать реснички» в парикмахерской и дать интервью китайскому телевидению.

Анна Меликян густо цитирует старую советскую классику: от трагикомедии «Тридцать три» Данелии до «Сладкой женщины» с Натальей Гундаревой. Но радости узнавания эти цитаты не несут. Унылый беспросветный советский морок, в котором существует Анна Бородина, не закончится никаким хэппи-эндом. Скорее, криком о помощи. «Как же мы будем жить?» – спрашивает она мужа в финале. «Как все живут», – слышит Анна в ответ.

Чуда не случится, космос не спасет, любви не будет, а инопланетный разум выберет кого-нибудь другого, вроде Греты Тунберг – хотя и ее никто не будет слушать.