16-летняя Джой (Талия Райдер) мечтает о балете, но ее единственная цель — премьерные партии в Большом театре. С маниакальным упорством она стремится в Россию, и ее, наконец, принимают в балетное училище при Большом театре. На первом же занятии Джой понимает главное: чтобы двигаться дальше, ей нужно ежедневно сбивать ноги в кровь и опускать глаза. Привыкнуть к боли гораздо проще, а вот опускать глаза перед «старшим по званию» американка так и не научится.

Балетоманы прекрасно помнят Джой Уомак. Точнее, скандал, связанный с ее именем. Она действительно закончила училище при Большом театре с золотым дипломом, а потом подписала контракт — причем в статусе солистки балета. Но счастья ей это не принесло: за целый год Джой выходила на сцену считанные разы и лишь однажды — как солистка, станцевав партию испанской куклы в «Щелкунчике». Спустя какое-то время Джой дала интервью газете, где рассказала о том, через что нужно пройти молодой балерине ради выхода на сцену Большого: если коротко, требуются могущественные «спонсоры» и очень большие деньги.

«Джойка» — это ее история, рассказанная весьма вольно, но при этом с узнаваемыми и, кажется, довольно правдивыми деталями. Взаимоотношения юных балерин — токсичная среда, где нет места дружбе, где совсем юные девочки готовы на все, чтобы устранить конкурентку. Толченое стекло в пуантах, украденный будильник. В качестве питания — низкокалорийная рисовая бурда в столовой (в одном интервью Джой Уомак говорила, что весила в училище 36 килограммов). Никакой личной жизни, репетиции с утра и до ночи, отстирывание окровавленных пуантов в туалете. Но все это еще цветочки по сравнению со «взрослой» жизнью после выпуска. Фиктивный брак, чтобы получить российское гражданство (мужа Джой играет красавец Олег Ивенко, танцовщик в реальной жизни). Бесконечное ожидание за сценой, что тебя позовут и выберут. А потом неожиданное открытие — выбирают всегда только тех, кто готов платить тем или иным способом.

Все это, конечно, хорошо известно всем, кто хотя бы немного разбирается в балетной «кухне»: неслучившегося покровителя реальной Джой Уомак, худрука Большого Сергея Филина облили серной кислотой не просто так. Но во избежание дальнейших разбирательств Большой в фильме Джеймса Напье называется просто «Театром», а имена почти всех центральных персонажей изменены. Но это не сериал Валерия Тодоровского и не фильм о зверствах в русском балете, это кино о жестокости индустрии вообще.

Проблема самой Джой и в фильме, и, кажется, в реальной жизни состоит в том, что она искренне не может понять, чего от нее хотят эти русские. Она нацелена сразу на результат, на награду, на победу любой ценой — это ее закономерная «американская мечта», невозможная в стране, где главный писатель — Достоевский. Она видит цель, не видит препятствий, не понимая, что главная преграда — это она сама, (именно об этом говорилось, кстати, в «Черном лебеде» Даррена Аронофски, лучшем фильме о балете на сегодняшний день). Но для человека, который с упорным садомазохистским удовольствием отказывается жить нормально, выходит на сцену со сломанной ступней и восторгается русской обсценной лексикой, вполне естественно говорить маме, зовущей ее обратно в Калифорнию: «Я уже дома».

Кстати, после увольнения из Большого Джой Уомак не вернулась в Америку, не стала этуалью New York City Ballet, например, а уехала танцевать в Астрахань, а потом стала примой «Кремлевского балета». Ее настоящей мечтой в детстве был явно не Большой театр, а просто Россия – так тоже, представьте, бывает.