«Милла оказалась очень открытой… У меня тогда просто пропал дар речи. Я обомлел от ее искренности, она общалась со мной так, как будто мы родственники. В итоге я выпил лишнего и сказал: «Я твой Кевин Костнер, ты моя Уитни Хьюстон». Она, кстати, нормально отреагировала, расхохоталась. После отправилась в какой-то другой клуб, я поехал домой»

«Она входит с охраной, идет в ВИП-комнату, и, когда проходит мимо, я кричу: «Милла, Милла!» Она оборачивается, у нее загораются глаза, хватает меня за руку и говорит: «Как хорошо, что ты здесь, я думала, я тебя потеряла». В результате в этой ВИП-комнате мы с ней долго разговаривали, как-то быстро нашли общий язык… Через какое-то время мы обменялись телефонами и с тех пор дружим»,