«Если начнешь задавать вопросы, то не остановишься. Мы не задумываемся, а фиксируем», — так говорила своей юной коллеге опытный военкор (Кирстен Данст) в «Падении империи». Военкора звали Ли Миллер, и она была полной тезкой великого фотографа Ли Миллер, о чем в фильме проговаривалось вслух. Проблема в том, что настоящая Ли Миллер задавала себе слишком много вопросов.

Богемная девица, модель и любовница десятков мужчин, среди которых были Пикассо и Ман Рэй, свою юность она провела в Париже. Говорят, работала и в борделе, но про Ли много чего говорили: и что она разыгрывала свое тело на вечеринках, и что со слепка ее груди была изготовлена форма бокалов шампанского (совсем как у Марии Антуанетты). Но фильм «Великая» проходится по безбашенной юности своей героини лишь вскользь: жизнь настоящая, по мнению авторов, началась у нее тогда, когда Ли взяла в руки фотоаппарат.

Что легко объяснимо: Кейт Уинслет — великолепная актриса, но сыграть 20-летнюю богемщицу, купающуюся в шампанском и рекламирующую тампоны, ей уже как-то не комильфо. Поэтому фильм начинается во Франции накануне Второй Мировой войны, и максимальное безумие, на которое в кадре способна Миллер, это принимать солнечные ванны топлес.

Для режиссера Эллен Керас гораздо интереснее то, что произошло потом: начинается война, и из модели Vogue Ли стремительно превращается в штатного фотографа издания. Она фиксирует «женское» лицо войны: трусики, которые сушатся в окне женской казармы, юных красоток в противогазах. Так женский глянец с помощью отличного главреда Одри Уизерс (Андреа Райзборо) становится манифестом феминизма и заодно важным инструментом антифашистской пропаганды. Ли идет дальше: выбивает себе командировку на фронт.

Режиссер-дебютант Эллен Керас рассказывает историю своей героини без лишних эмоций. Хотя, казалось бы, где включать эмоции, если не здесь: биография Ли богата на личные драмы, она с легкостью манипулирует мужчинами, у нее полно французских подруг из движения Сопротивления (Марион Котийар в роли одной из них). Она первая из фотографов снимает напалм, но гораздо больше эмоций переживает, ловя в объектив девушек, которых стригут наголо за связь с немцами, изнасилованных девочек, летчиц, завивающих локоны в перерывах между вылетами. Она не хочет иметь детей, потому что, очевидно, боится, что родится дочь и повторит ее судьбу. «С девушками на войне всегда случается ужасное», — говорит она коллеге и лучшему другу, а тот не может понять, о чем речь.

Особенно остро безучастность повествования контрастирует с эмоциональностью самой Ли. На ужасы войны Ли реагирует как женщина: хладнокровность не ее конек. Ее лучшие снимки всегда сделаны импульсивно: как та самая легендарная фотография в ванной Гитлера. Но Эллен Керас – режиссер-документалист, и в этом, наверное, проблема: хаотичную жизнь героини, полную ошибок, сожалений, и безумных поступков, она сортирует, как на выставку в приличной галерее. Жизнь в рамочке – хотя сама Ли Миллер терпеть их не могла.