— Вы играете Кощея в новой части «Домовенка Кузи». Ваш Кощей — это классический злодей или вы постарались добавить ему человечности? 

— В моем понимании, настоящий злодей — это тот, в ком человечность атрофирована. А мой Кощей... у него она только-только начинает пробиваться, дайте срок (смеется). Мир, даже сказочный, никогда не бывает черно-белым. Кощей в нашей истории — фигура одинокая, и именно в этом его главная слабость. Он верен своему злодейскому долгу — кто, если не он, будет главным антагонистом? Но при этом он не равнодушен к Бабе Яге.

— Возможно, у вас есть образ эталонного Кощея из русских народных сказок или советских фильмов, который вам нравится?

— Нет, Сѓ меня нет какого-то эталонного Кощея, РЅР° которого СЏ Р±С‹ равнялся. Р? дело даже РЅРµ РІ том, что СЏ РЅРµ дерзну сравнивать себя СЃ корифеями РІСЂРѕРґРµ Георгия Милляра или Олега Табакова — это, знаете, РёР· разряда «прошлое, которое осталось великим». Просто СЏ глубоко убежден: стараться быть похожим РЅР° РєРѕРіРѕ-то — это недальновидно. Художник, который пытается копировать, РЅРёРєРѕРіРґР° РЅРµ создаст живого образа.В 

— Сказка — это особый жанр. Вы сами говорили, что она является вершиной художественного творчества. Чем для вас, как для артиста, интересен этот жанр сейчас, и что нового вы привносите в своего персонажа, зная, что на нем вырастет новое поколение зрителей?

— РЇ очень серьёзно отношусь Рє осознанию того, что РЅР° сказках растут дети. Р? РЅРµ просто растут — РѕРЅРё впитывают РёР· РЅРёС… представления Рѕ РґРѕР±СЂРµ Рё зле, Рѕ том, как устроен этот РјРёСЂ. Это колоссальная ответственность. РЇ уже РЅРµ раз РіРѕРІРѕСЂРёР»: сказка — вершина художественного творчества. Сказка — это архетип, РѕСЃРЅРѕРІР° РѕСЃРЅРѕРІ. РљРѕРіРґР° СЏ слышу, что кто-то РёР· РјРѕРёС… коллег относится Рє сказочному жанру свысока, РјРЅРµ становится грустно. Работая над Кощеем, СЏ РЅРµ гнался Р·Р° тем, чтобы быть оригинальным или эпатажным. РЇ просто пытался быть честным. Потому что дети чувствуют фальшь мгновенно. Если ты играешь злодея — ты должен быть убедительным, РЅРѕ РЅРµ карикатурным.В 

— Еще до съемок во втором «Домовенке Кузе» вы давали интервью «Семи дням» и говорили, что сказки Сарика Андреасяна будут что надо, потому что они сохраняют детскость. Как думаете, эта самая детскость — это одна из важнейших составляющих хорошего семейного кино?

— Понимаете, СЏ больше СЃРѕСЂРѕРєР° лет РІ профессии, видел разное. Р? СЃ уверенностью РјРѕРіСѓ сказать: детскость — это самое важное. Без нее никакого семейного РєРёРЅРѕ РЅРµ получится, будет либо взрослая история, либо искусственная поделка, которая РЅРё детям, РЅРё РёС… родителям РЅРµ нужна. РЈ нас РІ стране после того, как ушли Ролан Антонович Быков Рё Леонид Алексеевич Нечаев, наперечет люди, которые умеют снимать для детей. Рђ РІСЃРµ потому, что РјРЅРѕРіРёРµ режиссеры РїСЂРёС…РѕРґСЏС‚ РІ сказку СЃ неправильным настроением. Р? РєРѕРіРґР° СЏ РіРѕРІРѕСЂСЋ «детскость», СЏ имею РІ РІРёРґСѓ РЅРµ глупость Рё РЅРµ инфантильность. РЇ подразумеваю способность верить РІ чудо. РўСѓ самую чистоту восприятия, РєРѕРіРґР° ребенок смотрит РЅР° экран Рё РЅРµ задает дурацких РІРѕРїСЂРѕСЃРѕРІ «а как это снято?В», Р° просто верит. Р? взрослый СЂСЏРґРѕРј СЃ РЅРёРј — тоже верит.В 

— Какой главный критерий, по которому вы понимаете, что в этом фильме вы обязаны сняться? Что этот персонаж – ваш?   

— Знаете, я, наверное, сейчас скажу вещь, которая может показаться странной. Но это честно. Главный критерий — это люди. Я всегда привязываюсь не к ролям, а к людям, которые работают вместе со мной. Потому что кино — коллективная работа, и тут невозможно реализоваться в одиночку.

— В интервью вы не раз говорили, что испытание славой — одно из самых тяжелых. Удалось ли вам за эти годы найти для себя рецепт, как оставаться самим собой, когда тебя узнают миллионы, и какую роль в этом равновесии играет ваша семья?

— Р?спытание славой — действительно РѕРґРЅРѕ РёР· самых тяжелых для публичного человека. Р? если честно, СЏ РґРѕ СЃРёС… РїРѕСЂ РЅРµ уверен, что нашел какой-то универсальный рецепт. РќРѕ Р·Р° эти РіРѕРґС‹ СЏ, кажется, РїРѕРЅСЏР» РѕРґРЅСѓ важную вещь. Секрет РЅРµ РІ том, чтобы славой управлять, Р° РІ том, чтобы РѕРЅР° РЅРµ касалась главного. Рђ главное — это то, что внутри, Рё то, что СЂСЏРґРѕРј — семья, дети.

— Вам почти 60, но ваша энергия и активность могут дать фору многим миллениалам. В чем секрет? 

Секрета никакого нет. Просто я очень люблю усталость от работы. Для меня это благо. После работы, мысли перестают копошиться, ты перестаешь себя контролировать и становишься наконец-то таким, какой ты есть. Как говорится праздность оскорбляет душу. А отдыхать я, кстати, не умею — не могу просто лечь и лежать. Для меня отдых — это когда тело работает, а голова отдыхает.