В 60-х годах XIX века новый континент под названием Америка активно осваивали белые люди. Рассеянные по огромной территории, все они искали на «ничьих» землях свои вторые шансы. Но земли, конечно, не были «ничейными»: индейские племена жили здесь на протяжении столетий.

Этот краткий экскурс в историю просто необходим для тех, кто захочет посмотреть «Горизонты», настоящий opus magnum Кевина Костнера, который он готовил последние тридцать лет. Истинный фанат жанра в классическом его исполнении, Костнер не отклоняется от канона и снимает ровно так, как мог бы снимать Джон Форд в 50-е. И тот фильм, который сейчас выходит на наши экраны, недаром называется «Горизонты: Часть 1» — нас ждут еще как минимум три серии.

Несколько десятков основных персонажей, дюжина сюжетных линий, локации в амплитуде от заснеженной Северной Каролины до кишащего скорпионами засушливого Нью-Мексико (который, так, конечно, еще не назывался). Клеем для этой пестрой мозаики действительно являются «Горизонты», так называется вымышленная «райская земля», которую с большими рисками призывают купить новых поселенцев. В «Горизонтах» планирует жить красавица Фрэнсис (Сиенна Миллер) с мужем и детьми, но атака апачей быстро сводит на нет ее планы: фильм, собственно, начинается со сцены кровавой резни, в которой спасаются лишь единицы. Выжившие ищут защиты в военном форте, где командует привлекательный лейтенант (Сэм Уорингтон), а за много миль от них выясняет отношения с бандой ковбоев-гопников жертва семейного абьюза (Джена Малоун).

Костнер не отказывает себе ни в чем, разворачивая полную энциклопедию социальных типажей: от неудачливой проститутки до интеллигентки, от гордого одинокого волка (в этой роли, разумеется, сам Костнер) до швали, зарабатывающей на продаже индейских скальпов. Кажется, он снимал не столько вестерн, сколько «Человеческую комедию» или новых «Унесенных ветром» — картину о взрослении Америки через пот, кровь и боль. Вот только для полноты картины, особенно снятой в наше время, ему не хватает «малого» — индейцев. Того самого коренного населения, у которого белые колониалисты отжимали землю фут за футом. В первой части «Горизонтов» для апачей нашлась всего одна сюжетная линия, по правде сказать, самая неинтересная и самая незапоминающаяся из всех.

Подводит Костнера и старомодное почтение к классике: уже на сороковой минуте «Горизонтов» испытываешь неприятное чувство дежавю. Конечно, фильмы «про ковбоев и индейцев» уже никогда не будут прежними после «Омерзительной восьмерки» Тарантино и «Убийц Цветочной Луны» Скорсезе.

Проблема в том, что «Горизонты» не поднимаются даже выше уровня крепких классических «середнячков». Дэнни Хьюстон, к примеру, перекочевал в «Горизонты» прямиком из фильма «Мертвые не причиняют боли» Вигго Мортенсена, где тоже играл большую шишку в городке на Диком Западе. Аванс на «смешанный брак» между индейцем и белой девушкой вызывает аналогии с недавним «На краю земли» Ли Тамахори. Ну и, конечно, сам Костнер напоминает самого себя в «Танцах с волками» и особенно в «Открытом просторе» — ничем не рискуя, он снова играет благородного ковбоя-любимца девушек, которого почти невозможно убить.

Вопрос — зачем такое снимать для большого экрана, когда есть Netflix и другие стриминги, тоже вполне себе риторический. Кевин Костнер не заигрывает с молодой аудиторией, отказывается меняться со временем (кстати, даже внешне, что большой плюс) и делает вид, что на дворе до сих пор примерно девяностые. Пока скрипит потертое седло, и ветер холодит былые раны.

А вообще, как говорил владелец салуна в известном фильме Аллы Суриковой: «Парни, кончайте эти сопли! Вас ждет вторая серия». И, кстати, совсем скоро, уже в августе.