После того как вооруженные с головы до пят сатанисты-уголовники во главе с психопатом Сайрусом похищают дочь и убивают жену провинциального полицейского Боба Хайтауэра, тот, пока еще не полностью убитый горем, решается на месть. Уволившись с работы, где как-то не слишком торопятся вступать в противостояние с обезумевшими сектантами, он сам вооружается до зубов, забивает тело татуировками и вспоминает навыки, полученные им во время службы в спецподразделении. Разобраться с негодяями ему поможет их бывшая жертва, экс-наркоманка Кейс Хардин, у которой свои счеты с бандой.

Сейчас для многих будет шоком, что режиссер этого донельзя мрачного триллера Ник Кассаветис — постановщик главной слезовыжималки 2000-х «Дневник памяти». В карьере сына знаменитого голливудского актера и режиссера, идущего по стопам звездного папы, не так много инноваций, придуманных Кассаветисом-старшим, зато стиль узнаваем: в его триллерах (если забыть про комедии и слезливые мелодрамы) обязательно кто-нибудь кого-нибудь похищает. Так было в «Джон Кью» и в «Альфа Дог» — двух главных «боевитых» фильмах до этого. Интересно, что в экранизации романа Бостона Терана, эдакого Кормака Маккарти из бюджетного сектора, есть легкий автобиографический отголосок, но довольно специфический.

В 2017 году Кассаветис обвинил свою бывшую жену Хизер Уолквист в том, что она похитила его дочь. Правда, та утверждала, что все было не так и что постановщик «преследовал» их и даже «обещал убить», из-за чего ей пришлось уехать с дочкой к бабушке. Вот этот момент, если знать о нем (в российской прессе об этом писали мало, зато в американской это довольно нашумевший инцидент), довольно сильно меняет впечатление от фильма. Кассаветис взял вышедший почти 25 лет назад роман про похищение ребенка злостными преступниками и экранизировал. Кстати говоря, на деньги филантропа и кинопродюсера Сидни Киммела, который помогал, например, запустить карьеру Дерека Сиефренса с близким по настроению revenge-триллером «Место под соснами».

Честно говоря, чувствуется, что в этом фильме есть какой-то откровенно мачистский, бруталистский внутренний нарратив — растатуированный мужик мстит таким же растатуированным мужикам, а женщины в основном выполняют функцию вспомогательной силы, либо жертв в этом противостоянии. Конечно, те, кто любит всякие «фильмы про месть», скорее всего оценят, с каким наслаждением герой Николая Костера-Вальдау крошит в кашу головы сектантов, но остается от этого фильма какой-то легкий осадок. Даже оригинальное название, которое российские прокатчики благоразумно сменили, чтобы не драконить общественность — «Бог — это пуля» — отдает каким-то легким самолюбованием. Карьера Кассаветиса, в отличие от карьеры его отца, неплохо начиналась, но в итоге он вполне успешно перебрался в категорию «режиссеры, снимающие еще один фильм про месть мстявую». Только в этот раз — с каким-то жутковатым рефлективным оттенком.