Роми (Николь Кидман) — женщина, которая сделала себя сама. Про ее прошлое мы ничего не знаем, кроме того, что оно было так себе (выросла в секте, про мать вспоминает только нецензурно), зато ее настоящее — прекрасно. Собственная компания с шикарным офисом на Манхэттене, дом-поместье с открытым бассейном, две дочки (одна лапочка, другая бунтарка, то есть полный комплект), но главное — муж, о котором можно только мечтать. Джейкоб — успешный театральный режиссер, красавец в идеальной физической форме (его играет Антонио Бандерас, что уж там), нежный и заботливый, предлагающий супруге любые варианты секса на ее выбор. Вот только Роми хочется то единственное, что муж не может ей предложить: чтобы ее, такую сильную и правильную, поставили на четвереньки и приказали лакать молоко из блюдечка.

«Плохая девочка» продолжает тему, начатую в новой «Эммануэль»: современной женщине, добившейся всего, в том числе равноправия с мужчинами, уже нечего желать, кроме самого желания. Эммануэль в итоге справлялась с проблемой в одиночку, Роми сложнее — ей нужен альфа-самец, что совсем не соответствует актуальной повестке.

Ее роман с юным стажером-гопником (прекрасный Харрис Дикинсон, модель Карл из «Треугольника печали») не про любовь, а про реализацию запретных фантазий. Запретных не в силу физиологических причин, а в силу психологического неприятия общества. Роми — не садомазохистка, а сабмиссив, то есть любит подчиняться. Но каково это признаться в наше время, что ты любишь, когда мужчина указывает тебе, что делать?

Разрыв шаблона тут не только про главную героиню, но и про ее мужа. Антонио Бандерас играет не агрессора (ни пассивного, ни активного), не доминирующего альфа-самца, а обаятельного сексуального «нормиса», причем до такой степени, что это выглядит как чудовищный недостаток. Джейкоб ставит на сцене «Гедду Габлер», феминистскую пьесу, героиня которой — альтер эго его жены. «Она не про сексуальные желания, она про внутреннее умирание женщины», — пытается он объяснить жене за ужином. Жена, разумеется, его не слышит, хотя речь вообще-то и о ней тоже.

Это не единственная режиссерская подсказка. Бизнес Роми заключается в автоматизации доставки с помощью роботов. Ну-ка, догадайтесь, кто главный робот в ее компании? Второго варианта и не предполагается. И сама Кидман в ее сегодняшнем имидже — затянутая в узкие блестящие платья, как в броню, с лицом, прошедшим полный апгрейд у косметологов, с уложенными волосами абсолютно в любой ситуации. Она идеальна в образе хорошо работающей машины — и совершенно неестественна в образе женщины, наконец, отпустившей себя. Единственный недостаток «Плохой девочки» — это выбор главной звезды, которая согласилась на роль-провокацию, но так и не решилась ее сыграть до конца.