12-летняя Ен На эмигрирует с родителями из Южной Кореи. «Зачем вам это?» – недоумевает знакомая. Знакомой не понять, ведь Ен На из вполне успешной семьи творческой интеллигенции: папа режиссер, а мама художник. Но на отъезд, очевидно, есть свои причины, которые остаются за кадром. Да и в конце концов это история не о родителях Ен На, а о самой Ен На, которая за океаном превратилась в Нору, драматурга и современную эмансипированную девушку, готовую покорять Нью-Йорк и дослужиться до Пулитцеровской премии. Или, на крайний случай, до премии «Тони».

Однако в Сеуле осталась ее первая любовь, мальчик по имени Хэ Сон. У него, в отличие от Ен На, очень традиционная корейская семья из мидл-класса, и он уверенно идет по пути, который был прописан для него еще в детстве: хорошая учеба в школе, приличный университет, работа от зари до зари, выгодный брак, но только тогда, когда Сон встанет на ноги. Ломает этот шаблон разве что тоска по 12-летней девочке с косичками, с которой он когда-то возвращался из школы.

«Прошлые жизни» растрогали Берлин и Сандэнс, и большинство международных критиков внесли их в список лучших фильмов года. Тема вынужденного отчуждения, разрыва связей и эмиграции (внешней и внутренней) сейчас настолько актуальна, что большинство зрителей видят в этой истории что-то свое. Как видит, конечно, и сама режиссер Селин Сон, для которой рассказанная история автобиографична.

Субъективность взгляда ее и подводит: герои «Прошлых жизней» довольно одномерны и выражают одну, только одну, эмоцию. У печального Хэ Сона все мысли только о потерянной любви, у американского мужа Ен На, тоже невероятно печального, – комплекс нелюбимого мужчины и проблема с самооценкой. Сама Ен На/Нора дрейфует от одного к другому, пытаясь понять, что именно ей важнее – быть с человеком, которого она любит, но в нелюбимой стране, или все-таки Пулитцер?

«Прошлые жизни» раскиданы по разным временным промежуткам: героям сначала 12 лет, потом 24, потом 36 – это немного напоминает старую антрепризную пьесу «Там же, тогда же», При этом во «взрослом» сегменте у героев не происходит особых изменений ни внутренних, ни даже внешних. Когда же Хэ Сон решается все-таки отправиться в Нью-Йорк (на работе дали отпуск на несколько дней!), долгожданное свидание превращается в набор штампов: фото у Статуи Свободы, прогулка по Центральному пару, влюбленные парочки у Бруклинского моста (тут Селин Сон особенно переборщила с антуражем, не разбавив целующуюся массовку хотя бы одним туристом-одиночкой). Мелодраме положено быть банальной, но банальность бывает разная: можно, например, сравнить «Прошлые жизни» с «Неспящими в Сиэттле», и это сравнение будет не в пользу первых. Приготовленные заранее носовые платки так и не пригодились – возможно, потому что Селин Сон, как и ее героиня, сделала выбор все-таки в пользу условного «Пулитцера». И по-своему выиграла.