Р—Р° чашкой кофе, который Татьяна готовит СЃ профессиональной СЃРЅРѕСЂРѕРІРєРѕР№ бариста, наша героиня признается, что ее любимый цветок — чертополох. Р? любит РѕРЅР° его РЅРµ Р·Р° яркость, Р° Р·Р° стойкость. Для Татьяны это РЅРµ просто растение, Р° глубокая личная метафора пути, РіРґРµ сила — РІ аутентичности, Р° СЃРІРѕР±РѕРґР° — РІ праве оставаться СЃРѕР±РѕР№, даже если это значит РёРЅРѕРіРґР° быть колючей Рё недостаточно приятной.

— Татьяна, женщин часто сравнивают с нежными цветами — ромашкой, фиалкой, розой. Вы же выбрали для себя другой «аватар» — чертополох. Почему?

— Потому что моя история не о том, как быть удобным и приятным глазу. (Улыбается.) Ромашка мила, но она зависима от условий. Чертополох живет по другим правилам: его считают сорняком, но он прорастет там, где, кажется, жизни нет: в трещине асфальта, между камнями. Его не нужно поливать, но и вытоптать не получится — в ответ он лишь глубже запустит корни в землю и отрастит новые колючки. При этом чертополох — прекрасный медонос, который помогает пчеловодам подготовить пчелиные семьи к зиме, так как цветет практически последним.

— Но это ведь не только про стойкость, но и про смелость быть неидеальным?

— Абсолютно. Для меня в этом и есть суть. Разрешить себе быть цельным — со всеми «заусенцами», сложными границами, со своим уникальным рисунком роста — вот в чем сила.

Я еще в юности встала на эту дорогу. Дело в том, что мои родные — военные связисты. Мир математики, четких приказов, схем и стратегий. А я с детства любила рассматривать цветы и жуков, часами могла наблюдать за жизнью в луже после дождя. Поэтому, когда пришло время выбирать путь, заявила: буду учителем биологии. Это не был бунт — я спокойно и твердо отстаивала свою позицию. Первый взрослый выбор стал главным уроком: право на свою «почву» нужно не просить, а спокойно и последовательно отстаивать.

— Р? РІС‹ РЅРё разу РЅРµ пожалели Рѕ своем выборе? Р’СЃРµ-таки диплом биолога — РЅРµ самый типичный старт для карьеры управленца Рё бизнес-коуча СѓСЂРѕРІРЅСЏ Сбера.

— РќРё секунды. Биология — фундамент, РЅР° котором построено РІСЃРµ остальное. Бизнес, управление, лидерство — это прежде всего работа СЃ человеческой РїСЂРёСЂРѕРґРѕР№. Р? наука Рѕ живых организмах дает ключ Рє ее пониманию.

Все состояния, с которыми приходит лидер, — усталость, выгорание, прилив энергии, креативный подъем, нерешительность — имеют четкую физиологическую основу. Это гормоны, нейромедиаторы, работа вегетативной нервной системы. Принятие решений — биохимия нейронных связей. Устойчивость — ресурс нервной системы. А системное мышление, которое я вынесла из биологии, помогает видеть организацию как живой организм: с иерархией, взаимосвязями, циклами и метаболизмом.

Поэтому, РєРѕРіРґР° РЅР° сессии руководитель РіРѕРІРѕСЂРёС‚: «У меня РєСЂРёР·РёСЃ, РІСЃРµ валится РёР· СЂСѓРєВ», — РјС‹ можем начать РЅРµ СЃ разбора отчетов, Р° СЃ простого РІРѕРїСЂРѕСЃР°: «Вы понимаете, что ваше тело — РЅРµ такси для РјРѕР·РіР°? Как РѕРЅРѕ реагирует РЅР° эту ситуацию?В» Часто «стратегический тупик» оказывается истощением ресурсов нервной системы, Р° «нерешительность» — следствием перегруженной префронтальной РєРѕСЂС‹. Вернуть ясность можно только через понимание физиологических РѕСЃРЅРѕРІ. Компания — это организм. Р? чтобы РёРј управлять, нужно сначала понять, как устроен Рё как живет тот, кто управляет.

— У вас четыре высших образования. Так сильна внутренняя жажда знаний или такова вынужденная стратегия выживания в меняющиеся времена?

— Скорее стратегия свободы. Мое любопытство всегда было практическим инструментом. Когда умеешь то, чего не умеют другие, не просто становишься ценнее — ты приобретаешь внутреннюю автономию, возможность выбирать. Это как побег чертополоха: он гнется, но не ломается, потому что его сила — в гибкости, основанной на глубокой укорененности.

В нулевые я осознанно ушла из образования и науки в банк «Русский стандарт» простым оператором ввода данных, хотя это означало понижение дохода. Девять месяцев монотонной работы по вводу цифр в одинаковые окошки стали для меня школой дисциплины и своего рода медитацией. Тогда я дала себе слово не жалеть. Любое решение — либо опыт, либо повод для праздника.

Но я быстро поняла простую вещь: чтобы расти, нужно создавать свои уникальные компетенции. Прошла, казалось бы, банальный IT-курс по Excel на факультете кибернетики МГУ. Но у моего окружения таких навыков не было — и это стало первым профессиональным преимуществом. Так я перешла в техподдержку, потом в администрирование баз данных. Дальше двинулась в кредитную аналитику, параллельно получив экономическое образование. Это был тяжелый период: работа, вечерние лекции, экзамены. Хотелось все бросить, но я не позволяла себе такой слабости, потому что уже тогда ощущала: образование — не просто диплом, это расширение территории личной свободы.

Мой карьерный «стебель» всегда рос к солнцу — к новым возможностям. А колючки — это те здоровые границы, которые я училась выстраивать. Девиз ордена Чертополоха «Никто не тронет меня безнаказанно» — не про агрессию, а про осознанный отказ быть просто ресурсом, про защиту своей территории, которую ты отвоевал и на которой решил расти.

— Если говорить о страхе, что было самым страшным моментом в вашей жизни?

— Парадоксально, РЅРѕ РѕРЅ наступил РЅРµ РЅР° РґРЅРµ, Р° РЅР° РїРёРєРµ. РњРЅРµ было Р·Р° СЃРѕСЂРѕРє. Высокая должность, карьера, РґРѕРј мечты — РІСЃРµ, что считается формулой успеха... Р? РІРґСЂСѓРі СЏ осознала, что... разучилась мечтать. Р’СЃРµ, чего достигла, РІРґСЂСѓРі утратило краски Рё РІРєСѓСЃ. Пропало ощущение «зачем». РќРµ стало цели, Рє которой хочется идти, растаяла та самая мечта, зажигающая изнутри. Р? это стало РїРѕ-настоящему страшно — РЅРµ внешне, Р° глубоко внутри, РЅР° СѓСЂРѕРІРЅРµ смысла. РЇ продолжала двигаться, РЅРѕ словно РїРѕ инерции, РІ режиме автопилота, Рё СЃ каждым днем тишина внутри становилась РІСЃРµ громче.

Р?менно тогда сознательно ушла РІ коучинг — РЅРµ как клиент, Р° как будущий профессионал. РњРЅРµ нужен был новый язык, новый инструмент, чтобы СЃ нуля собрать СЃРІРѕСЋ карту реальности. Развелась СЃ мужем, прошла через глубокую перезагрузку. Р? поняла, что РјРѕР№ главный сюжет — это СЃРІРѕР±РѕРґР°. РќРµ как абстракция, Р° как ежедневная практика.

Самым болезненным провалом оказался токсичный брак, история про розовые очки, которые я носила годами, не желая видеть очевидного. Выход был только один: честная рефлексия. Признать, что я сама выстроила эти отношения на иллюзиях и неверных оценках. Пришлось пройти через «контролируемый пожар» — сознательно прожить боль, чтобы освободить место для роста. Это позволило мне спустя некоторое время найти в себе силы начать новые отношения. Я больше не пытаюсь достраивать человека в уме, а вижу того, кто передо мной. Эти отношения построены не на попытке впечатлить или управлять друг другом, а на фундаменте взаимной поддержки. Что касается бизнеса, неудачи — часть пути. А вот личные уроки иногда требуют мужества сжечь мосты, которые ведут не туда. Я научилась отличать одно от другого и не принимать близко к сердцу то, чего уже не изменить.

— Как бы вы описали свой стиль в работе с первыми лицами? Это больше похоже на классический бизнес-коучинг или здесь есть своя, особенная формула?

— Я называю себя провокативным коучем. Моя задача — не давать ответы, а разжигать любопытство. Я создаю пространство, где становится безопасно задавать себе по-настоящему неудобные вопросы. Те самые, от которых замирает сердце, но потом расправляются плечи. Все строится вокруг энергии «а что, если?..».

Мой метод — работа со слепыми пятнами. Я помогаю человеку развернуться к тем областям его картины мира, которые он сам не видит. Часто за привычным «стеклянным потолком» скрывается не предел, а чистое небо новых возможностей. Нужно лишь осмелиться посмотреть под другим углом.

Поэтому идеальная сессия для меня — это момент, когда в глазах клиента появляется не просто понимание, а азарт первооткрывателя. Когда страх перед неизвестным сменяется интересом: «А что там, за горизонтом моих сегодняшних представлений?» Это не про то, чтобы «починить» что-то сломанное. Важно показать, как много вокруг еще не освоено, не прожито, не завоевано — и как это может быть увлекательно.

— Ваши клиенты — первые лица компаний, люди, которые привыкли измерять все в цифрах и конкретных результатах. Как в такой среде вы измеряете эффективность коучинга? Ведь его отдачу не всегда можно выразить в графиках.

— Вы правы, это самый частый и самый сложный вопрос. Коучинг — не консалтинг, где KPI можно привязать к росту продаж или операционной эффективности. Мой главный показатель — качественное изменение состояния и мышления человека.

Р’СЃРµ начинается СЃ диалога РЅР° первой сессии. РњС‹ РЅРµ просто формулируем запрос — РјС‹ определяем, как для самого клиента выглядит «работающий» результат. Будет ли это ясность РІ принятии решений? Умение останавливать внутренний шум? Способность видеть стратегию РЅР° три шага вперед? Р?ли, может, просто чувство легкости РїРѕ утрам? Это Рё есть наша индивидуальная система координат, которую РјС‹ постоянно калибруем.

Мой ключевой индикатор — обратная связь и язык, на котором человек начинает говорить. Когда жалобы «у меня все горит» сменяются вопросами «а что, если попробовать вот так?», обсуждаются не проблемы, а гипотезы, а скованность уступает место уверенной, спокойной энергии, это невозможно не заметить.

Эффективность коучинга РІРёРґРЅР° РЅРµ РІ отчетах, Р° РІ действиях, которые клиент совершает между сессиями. Р’ конечном счете, лучший KPI — РєРѕРіРґР° человек РіРѕРІРѕСЂРёС‚: «Я стал лучше понимать, как принимаю решения. Р? РјРЅРµ теперь интереснее — Рё жить, Рё работать».

— Расскажите о вашей авторской методике HEAD LAB. В чем ее уникальность по сравнению с другими подходами к развитию лидеров?

— Она родилась из моего собственного пути и постоянного вопроса: почему так много программ для управленцев дают знания, но не меняют способ мышления? HEAD LAB — это не набор техник, а целостная система «сборки» лидера, которая работает одновременно на трех взаимосвязанных уровнях.

Первый контур — внутренний мир. Здесь мы работаем с «гремлинами» — глубинными установками и страхами, которые съедают ресурсы, а также с личными ценностями, тем самым внутренним стержнем, на который можно опереться.

Второй контур — ближний круг, связи и социальное окружение. Отношения с командой, коллегами, советом директоров. Часто проблема кроется не в человеке, а в невыстроенных взаимодействиях, в «шумах» коммуникации или неясных ожиданиях.

Третий контур — стейкхолдеры и внешняя среда. В него входят не только рынок и клиенты, но и партнеры, регуляторы, инвесторы. Речь о том, чтобы видеть полную картину влияний и возможностей вокруг бизнеса.

Уникальность в том, что мы не работаем с этими уровнями по отдельности. Например, если лидер не осознает свой страх делегировать (первый контур), это создает напряжение в команде (второй контур) и мешает выстраивать доверительные отношения с партнерами (третий контур). HEAD LAB соединяет эти точки. Осознанность возникает именно тогда, когда человек видит, как его внутреннее состояние, качество отношений и внешние вызовы влияют друг на друга. Это превращает теорию в практику, а осмысление — в действие.

— С какими запросами к вам чаще всего приходят первые лица компаний?

— Запросы всегда системные, но среди них можно выделить несколько ключевых тем, которые возникают снова и снова. Перечислю их.

«Одиночество на вершине. Не с кем обсудить стратегические риски по-настоящему честно — без политики, без скрытых agendas (повестка дня, программа — англ.), без последствий».

Это запрос на безопасное пространство для уязвимости и одновременно на честное, даже провокативное зеркало. Люди ищут того, кто поможет увидеть слепые пятна в их собственной позиции и в ситуации компании, поднимая те вопросы, которые внутри организации задавать слишком опасно или некому.

«Нет горизонта, все в операционке. Мы заняты, но непродуктивны в стратегическом смысле. Куда мы на самом деле идем?»

Это кризис смысла и стратегической фокусировки. Запрос на помощь в том, чтобы подняться над ежедневным потоком, увидеть макропроцессы, пересмотреть устаревшие бизнес-модели и заново определить, что такое рост и успех для компании и для них лично.

«Ресурсы и жизнестойкость. Как управлять своей энергией и не выгорать? Как выстроить жизнь, чтобы хватало не только на работу, но и на себя, семью, развитие?»

Это запрос на проектирование личной эффективности как системы. Топ-менеджеры осознают, что их главный капитал — это физическое и ментальное здоровье, ясность ума. Они ищут не разовые советы, а принципы и routines (обычный набор действий, рутина — англ.) для поддержания себя в состоянии «спокойной готовности».

«Отношения и лидерство. Как выстраивать диалог с ключевыми фигурами — коллегами из правления, советом директоров, сильными командами? Как превращать разногласия в развитие, а не в конфликты?»

Это запрос на построение и отладку коммуникаций самого высокого уровня. Как создавать культуру диалога, где можно обсуждать сложное, когда разные мнения становятся источником инноваций, а не угрозой.

«Баланс и целостность. Как собрать все воедино — амбиции, ответственность, личную жизнь, увлечения — и остаться при этом собой?»

Р?нтегральный, самый глубокий запрос. РћРЅ РїСЂРѕ РїРѕРёСЃРє Рё сохранение внутреннего стержня, РїСЂРѕ то, как принимать решения, которые Р±СѓРґСѓС‚ гармоничны РЅРµ только для бизнеса, РЅРѕ Рё для личности РІ целом. Как РЅРµ потерять СЃРІРѕСЋ аутентичность РїРѕРґ давлением роли.

По сути, все запросы сводятся к одному: как сохранять ясность, силу и человечность, неся груз исключительной ответственности. Моя задача — помочь найти или создать недостающие элементы поддержки для этого.

— Если вернуться к вашей роли наставника для коучей: не страшно растить тех, кто завтра может составить вам конкуренцию?

— Знаете, есть известная фраза из «Алисы в Зазеркалье»: чтобы оставаться на месте, нужно бежать изо всех сил, а чтобы двигаться вперед — нужно бежать вдвое быстрее. Для меня это не про страх, а про естественный закон развития. Мое преимущество — как раз в том, чтобы постоянно осваивать и создавать новое, бежать чуть быстрее. Тем, что уже стало для меня ясным и отстроенным, я с радостью делюсь.

— Вы постоянно пробуете что-то новое — скрипку, альпинизм, шитье. Для вас это способ перезагрузиться или отвлечься от рутины?

— Ни то ни другое. Для меня это осознанная практика неидеальности. Своего рода прививка в одном флаконе — и от перфекционизма, и от синдрома самозванца. Когда в 50 лет берешь в руки скрипку и издаешь первый «скрип», ты заранее даешь себе право быть новичком. Учишься не рухнуть от стыда, а услышать в этом звуке что-то живое. Это практика принятия своей «неблестящей», уязвимой части.

— Как вам удается совмещать так много ролей — руководство в банке, коучинг, личные увлечения? В чем секрет баланса?

— Я давно перестала гнаться за балансом в его примитивном понимании. Баланс — очень неустойчивая система, где достаточно одного толчка, чтобы все рассыпалось. Я говорю о равновесии и устойчивости. У меня даже есть отдельный курс на эту тему: важно не стремиться все успеть, а сделать так, чтобы все имело смысл и не разрушало тебя изнутри.

— Вы сказали, что к пятидесяти годам перестали бояться. Как произошла эта внутренняя трансформация?

— Пожалуй, самый ценный дар, который РїСЂРёС…РѕРґРёС‚ СЃ возрастом, — избавление РѕС‚ страха. Нет, РѕРЅ РЅРµ СѓС…РѕРґРёС‚ полностью, конечно, РЅРѕ теряет СЃРІРѕСЋ власть. Р? РєРѕРіРґР° это РїСЂРѕРёСЃС…РѕРґРёС‚, высвобождается РѕРіСЂРѕРјРЅРѕРµ количество энергии, которая раньше уходила РЅР° сомнения, контроль Рё попытки угодить.

— Что для вас сегодня является главным мерилом успеха?

— Я бы вообще заменила это слово на «аутентичность». Для меня успех измеряется не титулами или цифрами, а ответами на совсем другие вопросы: насколько сегодняшний день прожила я сама, а не как проекция чужих ожиданий? Это гораздо жестче, но и честнее.

А еще для меня есть очень простое, почти физическое мерило — мой сад. Выращивание лаванды, прогулки по ботаническим садам в каждой поездке — моя форма медитации и тихого диалога с собой. Если в саду есть гармония и разнообразие, если растения развиваются в своей естественной силе — значит, и во мне все в порядке.

— Если вся ваша жизнь — осознанный эксперимент, то каков его главный результат? Что в конечном счете останется после?

— Главный результат — не список достижений, а переданная смелость. Все остальное — лишь инструменты и обстоятельства. Чертополох оставляет после себя не пышный цветок, а легкие семена, способные прорасти даже на камнях. Мое наследие — это люди, которые обрели внутреннюю опору и сделали свой, может быть, неочевидный, но истинный шаг. Когда после нашей встречи человек, который раньше боялся даже мечтать о чем-то, говорит: «Я понял, что могу пробовать», — вот он, самый важный итог.

— Ваше послание тем, кто еще ищет свою почву, стоит на распутье или только начинает путь?

— Перестаньте искать готовые советы. Р?щите СЃРІРѕР№ интерес — то, РѕС‚ чего загорается взгляд Рё появляется легкость внутри. Как росток находит малейшую щель РІ камне, чтобы пробиться Рє свету.

Примите свое решение, даже если оно кажется «неправильным» со стороны: стать биологом в семье военных, уйти со стабильной работы, начать все заново после сорока, выучиться на бариста или впервые взять в руки скрипку. Возьмите на себя полную ответственность за этот выбор — и за победы, и за последствия.

Р? главное — РЅРёРєРѕРіРґР°, РЅРё РЅР° секунду РЅРµ тратьте драгоценную энергию своей жизни РЅР° сожаления. Ваша жизнь РЅРµ обязана нравиться всем. РћРЅР° должна быть вашей территорией — СЃ колючками, цветами, трещинами Рё глубокими, цепкими РєРѕСЂРЅСЏРјРё. Пусть ваша история будет РЅРµ РїСЂРѕ то, как РІС‹ соответствовали ожиданиям, Р° РїСЂРѕ то, как РІС‹ нашли смелость быть СЃРѕР±РѕР№. Р’СЃРµ остальное приложится.

Беседовал Аркадий Годар