Премьера «Джокера: Безумие на двоих» (Joker: Folie ? Deux) отгремела в США 4 октября, а не так давно фильм добрался до неофициального проката в России. Продолжение нашумевшего в 2019 году «Джокера» (Joker) разочаровало как критиков, так и зрителей, а его неутешительные кассовые сборы уже точно не смогут покрыть затраты Warner Bros. на производство. Почему сиквел обернулся катастрофой для студии и почему его стоит назвать плохим продолжением? Разбираемся в проблемах «Безумия на двоих» на примере основных претензий поклонников первого фильма.

Сюжет

Сиквел продолжает историю психически нездорового комика Артура Флека (Хоакин Феникс), которому предстоит ответить за совершенные убийства в первом фильме. Флек находится в психиатрической лечебнице Аркхем, ожидая суда, в то время как жители Готэма разделились на два лагеря: одни считают Артура героем и стремятся подражать ему, другие же надеются на справедливый суд и то, что его поджарят на электрическом стуле. Сторона обвинения в лице молодого помощника прокурора Харви Дента (Гарри Лоути) хочет убедить суд в том, что Флек вменяем и осознанно совершил жестокие убийства, тогда как адвокат Мэриэнн Стюарт (Кэтрин Кинер) продолжает настаивать на версии с психическими расстройствами. Ее позиция проста: преступления совершила другая личность, которая зовет себя Джокером, но никак не безобидный Артур.

Флека собственная судьба особо не волнует. Он безрадостно существует в Аркхеме, где каждый день не отличается от предыдущего, пока ему не встречается Ли (Леди Гага) — большая фанатка Джокера, которая оказалась в лечебнице после поджога родительского дома. Симпатия между героями вспыхивает моментально, и вот уже Ли, она же Харлин Квинзель, обещает Флеку вместе «свернуть горы». Он ей верит и впервые чувствует, что больше «не один в этом мире». Ли дает смысл и силы жить дальше, пока воображение Артура вырисовывает свадебную церемонию с прекрасно безумной мисс Квинзель.

Претензия №1: Жанр мюзикла

Еще до съемок «Безумия на двоих» стало известно, что картина будет музыкальной и в чем-то похожей на другой известный фильм с Леди Гагой «Звезда родилась» (A Star Is Born). Подобный подход для фильма, в чьей основе заложены комиксы, необычен — в жанре кинокомикса нет удачных примеров картин с песнями и танцами. Впоследствии режиссер Тодд Филлипс, который вернулся к обязанностям режиссера после успеха первого «Джокера», старательно избегал слово «мюзикл» в отношении сиквела, но признавал, что музыка все же неотъемлемая часть новой истории об Артуре Флеке. Музыкальных номеров в новом «Джокере» и в самом деле не так много, чтобы фильм попал в категорию мюзиклов, однако персонажи неоднократно общаются друг с другом посредством песен. И это, признаться, начинает раздражать еще в первой половине фильма.

В режиме «не-мюзикла» живут и действуют исключительно Артур и Ли, другие герои частью их музыкального мира не являются. Красочные и существующие лишь в воображении Флека сцены с пением разбавляют мрачные будни в Аркхеме, выступая отдушиной влюбленного героя — вот он мир, где Артур без всяких препятствий может существовать с Квинзель и говорить с ней на одном и понятном только им двоим языке. На языке музыки, естественно. В проблему пение превращается в тот момент, когда герои из раза в раз прерывают диалог и начинают общаться строчками из песен. И если в начале элементы «не-мюзикла» воспринимаются терпимо, то к концу раздражают своей неуместностью. В финале Артур просит Ли больше не петь и призывает поговорить «нормально», но та глуха к его просьбам. Зрителю лишь остается утомленно закатить глаза. Музыкальные вкрапления, как и полноценные сцены в духе мюзиклов, не восхищают, не увлекают и почти никак не влияют на сам фильм. Они просто есть, и такой подход печален, учитывая, что Филлипс мог интересно обыграть отношения Джокера и Харли Квинн, которые в комиксах обитают в собственном безумном мире. Почему этот мир не мог стать мюзиклом на экране?

Претензия №2: «Джокер» изначально не нуждался в сиквеле

В 2019 году Тодд Филлипс заявлял, что его «Джокер» задумывался как самостоятельный фильм, который не нуждается в продолжении. Артур Флек достиг точки невозврата, невольно став символом для жителей Готэма, уставших от беспредела, безработицы и отравляющей безысходности. История, в которой человек постепенно скатывается в безумие, не оставила зрителей с вопросами в финале и при этом заработала невероятную кассу в $1 млрд. Заявления Филлипса о самостоятельности «Джокера» потеряли смысл, так как Warner Bros. захотела сиквел и еще немного заработать на Артуре Флеке. На вторую часть потратили свыше 200 млн долларов без учета маркетинга (первый «Джокер» обошелся в скромные 55 млн), а у Тодда Филлипса был полный творческий контроль без вмешательства студии. А инсайдеры говорили , что автор «не желал иметь с DC каких-либо дел». В последнее хочется поверить еще сильнее после просмотра «Безумия на двоих».

Сиквел дезориентирует своим непониманием, что именно он хочет сказать и в каком направлении движется. История топчется на месте и робко вбрасывает события, которые не вызывают никаких эмоций. Весь фильм зритель находится в ожидании, что вот-вот сейчас начнется действие, произойдет что-то, что придаст происходящему смысл. Но нет. Возможно, подобный подход был выбран намеренно, чтобы подчеркнуть бессмысленность и тщетность всего и вся — ведь именно в этом состоянии жители многострадального Готэма Тодда Филлипса варятся на протяжении многих лет. Но, пожалуй, это слишком притянутая за уши аллюзия, а режиссер на самом деле не знал, куда и зачем двигать историю Артура.

Претензия №3: отсутствие Джокера как персонажа

Артур Флек ударился в безумие и назвался Джокером в первом фильме после того, как это прозвище на своем шоу использовал ведущий Мюррей Франклин (Роберт Де Ниро). Историй происхождения у Джокера в комиксах много, но его классическими чертами выступают чудовищная жестокость, хаотичное безумие и гениальная расчетливость. Не зря он остается главным врагом Бэтмена, несмотря на то, что в Готэме и без Джокера хватает эксцентричных и опасных злодеев. Артура Флека, несмотря на совершенные им убийства, не получится отнести к тому типу людей, которые способны на продуманные и изощренные преступления. Убив своих обидчиков, он стал кем-то вроде вдохновляющей фигуры, в которой так отчаянно нуждались уставшие от бедности и беззакония жители Готэма. Второй фильм подчеркивает отдаленность Артура от образа, коим восхищаются его последователи, и того, который, вероятно, ждут зрители.

На протяжении всего «Безумия на двоих» Флек не делает ничего джокеровского, а потом и вовсе дистанцируется от своей «другой» личности, что приводит к драматично переломному моменту в фильме. Сломленному морально (и в определенных сценах физически) Артуру хочется сопереживать, но картина будто связывает руки. Неотступная растерянность сиквела и непонимание, какую историю создателям хотелось рассказать, сводят к нулю всю «несчастность» героя. В одном из интервью Тодд Филлипс подтвердил, что Флек никогда не задумывался как настоящий Джокер, но с судьбой самого Артура так и не определился. В первом фильме зритель четко осознавал причины чудовищных поступков героя, а во втором этот многострадальный человек вынужденно существует в обстоятельствах, которые не дают ему раскрыться ни как жертве, ни как злодею, ни как влюбленному, ни как психопату.  

Итог

На сегодняшний день «Джокер: Безумие на двоих» заработал чуть меньше 200 млн долларов и катастрофически низкие оценки на сайтах-агрегаторах (по 32% от критиков и зрителей на Rotten Tomatoes). Худшие опасения поклонников первого фильма воплотились: пугающий жанр мюзикла не оправдал себя, как и необходимость делать продолжение. Обиднее всего то, что «Безумие на двоих» обладало крутым потенциалом, так как фильм мог в невероятном ключе раскрыть сумасшедшие отношения Джокера и Харли Квинн через несвойственный кинокомиксу жанр мюзикла. Картина имела все шансы стать прорывной работой среди приевшихся и до боли предсказуемых историй о персонажах из «книжек с картинками». У Филлипса было все: огромный бюджет, интересные герои, отсутствие контроля со стороны студии (что редкость для фильмов с такими бюджетами) — у него, в конце концов, была Леди Гага, которая успела показать себя в качестве неплохой и, что важно, поющей актрисы, раз уж создатели решили сделать упор на музыкальной составляющей. И даже Леди Гага в роли Харлин Квинзель умудрилась получиться блеклой и совершенно незапоминающейся. «Джокер: Безумие на двоих» — наглядный пример того, что далеко не каждой истории нужно продолжение, особенно если ее создатель не горит желанием говорить что-то сверх того, что он уже сказал.