Фильм, который сделал известной актрису Елену Соловей и возвел в ранг режиссера мирового уровня Никиту Михалкова, зритель помнит и любит до сих пор. Картина стала не просто классикой советского кинематографа, но и настоящим производственным подвигом режиссера, которому в тяжелых условиях удалось создать эстетический шедевр и запоминающуюся человеческую драму «на века».

Р—Р° элегантной Рё трогательной картиной Рѕ звезде немого РєРёРЅРѕ Вере Холодной скрывается драматическая история. Ведь сначала Фридрих Горенштейн Рё Андрей Кончаловский написали сценарий для режиссера Рустама Хамдамова, Рё РѕРЅ начал работать над фильмом. Рђ Никита Михалков РІ это время снимал «Свой среди чужих, чужой среди СЃРІРѕРёС…В», Рё никаких мыслей Рѕ «Рабе любви» Сѓ него РЅРµ было. Картина Рё называлась тогда РїРѕ-РґСЂСѓРіРѕРјСѓ — «Нечаянные радости». Ее доверили режиссеру, который РІ то время подавал большие надежды. РќР° картину РЅРµ пожалели денег. Р? СЃСѓРґСЏ РїРѕ актерскому составу, тот фильм тоже РјРѕРі Р±С‹ стать хитом: РІ нем снимались, например, Олег РЇРЅРєРѕРІСЃРєРёР№, Татьяна Самойлова, уже тогда Елена Соловей... Съемки близились Рє середине, РєРѕРіРґР° разгорелся скандал: выяснилось, что отснятый материал РЅРµ соответствует ожиданиям «Мосфильма».В 

Ждали историю Рѕ том, как великая актриса симпатизировала большевикам, помогала РёРј. Рђ Хамдамов представил РЅР° худсовете исторический детектив СЃ налетом мистицизма. Р? никакой идеологической линии руководители Госкино РІ фильме РЅРµ проследили. Хамдамова отстранили, Р° съемки заморозили. Р? стали думать, что СЃ этим делать, ведь деньги вложены огромные. РќР° РІРѕРїСЂРѕСЃ «Кого можете предложить РЅР° роль режиссера?В» Андрей Кончаловский без сомнения назвал фамилию Михалкова.

«Триста тысяч и 1,5 месяца»

«Когда ко мне обратилась дирекция студии с вопросом, а не взялся бы я доснять картину, я, совершенно естественно, ответил отказом, — вспоминал позже Никита Сергеевич. — Потому что я не мог доснимать картину, тем более за таким художником, как Рустам Хамдамов, — это свой мир, своя эстетика, совершенно мне чуждая... Я посмотрел материал — такая странная, красивая, томная, очень эстетичная история, но... не мое. Однако когда я поговорил с друзьями, со своей сложившейся командой, с Пашей Лебешевым покойным, замечательным оператором, с Сашей Адабашьяном, мы решили, что можно в эти же сроки снять совершенно другую картину, но про то же время и с той же героиней. Я пришел с этой идеей к руководству студии, они очень изумились, но в результате дали согласие. 

РњС‹ решили, что это будет история Рѕ том, как совершенно РЅРё Рє чему РЅРµ приспособленные люди оказались между жерновов РІРѕР№РЅС‹. Р? Рѕ женщине, которая ничего РЅРµ понимает РІ революции, РЅРѕ ей безумно интересно разрушить границы, так сказать, раскрыть форточку РёР· своей достаточно душной жизни, ограниченной славой Рё так далее. Р? ей показалось, что РІРѕС‚ сейчас, РІРѕС‚ РѕРЅРѕ случилось, сейчас СЏ ощущу настоящее, РІРѕС‚ РѕРЅРѕ, РЅРѕРІРѕРµ веяние. Р? РїРѕРєР° РѕРЅР° прикасалась Рє этому РѕРіРЅСЋ, как бабочка, РЅР° секундочку — то РѕРґРЅРѕ, то РґСЂСѓРіРѕРµ, — РІСЃРµ казалось даже очень терпимым. РќРѕ РІРѕС‚ ветер РїРѕРґСѓР», ее прижало Рё спалило. РћРЅР° как Р±С‹ становилась жертвой того, СЃ чем решила поиграть. Рђ СЃ революцией играть нельзя».

РЎ разрешения Андрея Кончаловского сценарий был переписан вместе СЃ Горенштейном Рё Адабашьяном, хотя РѕРЅРё даже РЅРµ поставили там СЃРІРѕРё фамилии. Р?Рј было важно решить, что снимать. Р? тут начались СЃСЋСЂРїСЂРёР·С‹. Практически весь актерский состав фильма «Нечаянные радости» отказался сниматься РІ знак поддержки Рустама Хамдамова. Между РґРІСѓРјСЏ фильмами осталось лишь РѕРґРЅРѕ связующее звено — Елена Соловей, РѕРЅР° единственная отнеслась Рє смене режиссера СЃ доверием Рё интересом. Хотя надо напомнить читателю, что это был еще РЅРµ тот Михалков, которого РјС‹ РІСЃРµ теперь знаем Рё Сѓ которого считает Р·Р° честь сниматься каждый актер. Для него, окончившего РІ 1971 РіРѕРґСѓ режиссерский факультет Р’Р“Р?РљР°, это была вторая работа РЅР° большом экране. РќРѕ Михалков всегда славился умением собрать команду единомышленников. Ему верили. Р? уже тогда РІРѕРєСЂСѓРі него были актеры, которые убедились РІ его профессионализме Рё таланте.В 

Художник и соавтор сценария Александр Адабашьян, оператор Павел Лебешев, композитор Эдуард Артемьев — это не просто коллеги, а друзья, которые понимали друг друга с полуслова. Писали иногда на ходу, досочиняли, дофантазировали... Но подход к материалу был серьезным. Перед тем как приступить к съемкам, вместе просмотрели все ленты с участием Веры Холодной, а их в ее короткой жизни было немало! Перед Михалковым стояла срочная задача уложиться в оставшийся после первого варианта бюджет и, главное, в оставшиеся сроки: 300 тысяч рублей и 1,5 месяца. Вся съемочная команда собралась в Одессе, жили в цирковой гостинице, рядом с рынком. Никаких «райдеров», никаких капризов — работали ударно, день и ночь.

«Мало того, Сѓ нас РЅРµ было «Кодака» (высококачественная пленка, РЅР° которой тогда снимали картины первого разряда. — РџСЂРёРј. ред.), — вспоминал Михалков. — РўРѕРіРґР° Паша Лебешев своей гениальной головой вместе СЃРѕ СЃРІРѕРёРј ассистентом тогдашним, Гимпелем Р­РґРёРєРѕРј, придумали засвечивать нашу пленку — как, СЏ РЅРµ знаю. РћРЅРё что-то делали СЃ этой пленкой, отчего поднималась ее чувствительность, Рё РјС‹ снимали РЅР° обычной советской пленке, РЅРѕ чувствительность ее была такая же, как Сѓ «Кодака». Это был вообще СЂРёСЃРє, смертельный номер. Почему? Потому что, если Р±С‹ нам пришлось переснимать РёР·-Р·Р° этого хотя Р±С‹ РѕРґРЅСѓ сцену, это было Р±С‹ нарушением всех СЃСЂРѕРєРѕРІ... Р? нарушением всех технологий. Представьте себе, человеку РїСЂРёРІРѕР·СЏС‚ РєРѕСЂРѕР±РєСѓ пленки, РѕРЅ ее открывает РЅР° десять секунд, потом закрывает, потом заряжается камера. РќСѓ что РѕС‚ этого можно ждать хорошего? РќРѕ получилось!В»

Большую часть съемочной группы Михалков набрал из тех, с кем работал над картиной «Свой среди чужих, чужой среди своих». Так в «Рабе любви» появились Александр Калягин, Олег Басилашвили, Евгений Стеблов. Елена Соловей вспоминает, что «Раба любви» была снята буквально на одном дыхании. Чтобы сбросить напряжение после тяжелого съемочного дня, вся группа, от режиссера до осветителя, играла после съемок в футбол. В этом весь Михалков — своей неутомимой энергией он и других заряжал. Как бы ни было тяжело, никогда не создавал мрачную атмосферу на площадке, не ныл, не изводил актеров.

«У меня было ощущение вот такого легкого дыхания, скорости, молниеносности, — вспоминала Елена Соловей. — Так сделать картину может только гений».

«Вы знаете, бывает так, что просто Господь помогал, — также отмечал Михалков. — РќСѓ просто РІСЃРµ катилось, летело. Р’РѕС‚ как РІРѕС‚, СЏ РїРѕРјРЅСЋ, РјС‹ снимали «Я шагаю РїРѕ Москве» — РІСЃРµ пело. Р? эта картина РїСЂРё всей сложности, чудовищной сложности всех этих съемок тем РЅРµ менее пелась. Р? РІ результате РјС‹ получили то, что получили».

«Актриса немного в положении»

Персонаж Соловей — настоящая роль мечты для актрисы. Р? РѕРЅР° отнеслась Рє этому драгоценному шансу сыграть легенду бережно Рё нежно. Отношения между Никитой Михалковым Рё Еленой Соловей РЅР° съемочной площадке были особенными. Актриса, вспоминая Рѕ том периоде, рассказывает, что РІ ее семье режиссера РІ шутку называли «крестным отцом». Дело РІ том, что, РїРѕРєР° картина сменила режиссера, Елена забеременела. РќРѕ это РЅРµ удержало ее РѕС‚ участия РІ съемках. Р? Михалкова нисколько РЅРµ смутило. РћРЅ изменил РІ задумке картины РІСЃРµ, подобрал новый актерский состав, РЅРѕ РІ главной роли видел только Соловей. Ее утонченность, манера говорить Рё двигаться создавали именно тот образ, который был нужен. Правда, известен факт, что сама актриса РЅРµ сразу согласилась СЃ тем, что получилось.

«Когда я первый раз увидела фрагменты «Рабы любви», я была в полном отчаянии, — вспоминала она. — Плакала, рыдала, отказывалась дальше сниматься, потому что совершенно не восприняла ту женщину, которая предстала передо мной на экране. Но потом однажды я все-таки решилась полностью посмотреть «Рабу любви», после чего сразу же сказала Никите (и это была правда!), что у нас получилась настоящая, живая женщина, в которой ни убавить, ни прибавить ничего нельзя, и что никакой другой она просто не могла быть».

Роль Ольги Вознесенской стала визитной карточкой Елены Соловей. Актриса считает, что «Раба любви» в чем-то даже предсказала ее судьбу.

«Помните финальный эпизод, когда моя героиня уезжает на трамвае «в никуда»? Когда через несколько лет я уезжала в США, остро вспоминала песню, звучавшую в титрах, — «Где же ты, мечта?». Отъезд казался мне дежавю, предсказанным и предначертанным...»

Конечно, на площадке, в условиях усталости, сжатых сроков, происходили и дискуссии, и споры. Например, с Александром Калягиным, персонаж которого был введен в сценарий уже после того, как к работе над картиной приступил Михалков. Будучи актером старой школы, Калягин решил «подготовиться к роли» и основательно похудеть, подумав, что его персонаж, уставший и измученный работой, должен быть худым. Он начал ограничивать себя в еде. Узнав об этом, Никита Сергеевич сильно рассердился и жестко поговорил с артистом.

«Наговорил кучу слов, которые даже сейчас вспоминать не буду, — рассказывал Калягин. — Михалков был в ярости. Он считал, что режиссер в те времена, наоборот, должен быть человеком солидным, в теле».

В результате Калягин создал тот самый колоритный образ, который запомнился зрителю. Фраза «Есть хочется, худеть хочется. Все хочется!» родилась уже на съемочной площадке. Вообще лента Михалкова в 70-х годах произвела фурор, как считают киноведы, еще и потому, что там совершенно не было длиннот, проходных кадров... Ну и, конечно, актерский состав, даже на небольших ролях. Родион Нахапетов, Вера Кузнецова, Готлиб Ронинсон, Евгений Стеблов... Последнего буквально прославила «первая в советском кинематографе роль человека с нетрадиционной сексуальной ориентацией». Его неестественно высокий голос и манерность заставили многих зрителей предположить, что он играет именно такого персонажа. Однако сам актер много лет объяснял зрителям, что это не так.

«Я ведь, знаете, раньше обладал приятным таким баритоном. Потом простудился, пришел в кино. Почему-то решили, что я играл гея там. Я не играл гея! Я придумал, что он раньше был театральным артистом, а потом потерял голос и придумал, что у моего персонажа голос писклявый».

Эта актерская находка сделала персонаж не эпизодическим, а очень запоминающимся. Как говорится, в хорошем кино случайностей не бывает.

«Сказал два слова и на следующее утро проснулся знаменитым»

Р’ итоге Сѓ Михалкова получилась картина-размышление Рѕ судьбах СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ интеллигенции РІ переломную для страны СЌРїРѕС…Сѓ. Р? похоже, те, кто считал, что после первой, тонкой Рё эстетичной версии фильма создать ничего лучше уже РЅРµ получится, поняли, что были РЅРµ правы. Отсняв шедевр РІ короткие СЃСЂРѕРєРё, актеры были счастливы, РєРѕРіРґР° съемки близились Рє последнему РґРЅСЋ. Р’РѕС‚ только хватит ли РёРј доморощенного «Кодака» РЅР° то, чтобы снять последнюю сцену, никто РЅРµ знал.

«В последний съемочный день пускается шапка по кругу, туда бросают деньги, кто сколько может, кто рубль тогда, кто три, кто пять, кто двадцать пять, кто, так сказать, побогаче, — вспоминал Михалков. — Набиралась приличная сумма, на которую покупалась выпивка, закуска, и потом шел праздник до умопомрачения, чем это, конечно, потом и закончилось. Потом я не знаю, как нас поезд довез, у нас был целый вагон, как он не отцепился, я не знаю.

Наутро РјС‹ понимаем: будем снимать последнюю сцену. Р? РјС‹ мчимся РІ ботанический сад, РіРґРµ Сѓ нас были съемки РґРѕ этого. Рђ там уже осень, абитуриентки, такие девочки, метут лениво опавшие листья. Р? РІРґСЂСѓРі открываются ворота — РѕРґРЅР° машина, вторая, «Литваген», «Тамерлаген»... Р? РѕРЅРё так смотрят РЅР° эти машины, которые несутся, тормозят, пылища поднята, открываются двери, оттуда вытаскивают штатив, камеру, РІСЃРµ это быстро. Актрисе быстро делают тон, одевают, примеряют шляпу. Паша орет: «Все, осталось три минуты, сейчас солнце сядет». Значит, готовы? Готовы! Р’СЃРµ, девочки, уйдите! РћРЅРё СЃ этими граблями стоят, смотрят...В 

«Мотор, готов. Мотор». Артистка РіРѕРІРѕСЂРёС‚: «А Виктор Р?ванович сегодня РІСЃСЋ ночь рыбу ловил...В» Стоп! Снято! Р? стрельба РёР· пистолета, шампанское, РІСЃРµ плачут, целуются, обнимаются, швыряют РЅР° землю фуражки, шляпы. Р? эти девочки думают: «Мама дорогая, РІРѕС‚ это жизнь! Приехали, поработали РґРІРµ минуты — Рё РІРґСЂСѓРі шампанское, деньги сыплются». Сейчас этим девочкам, наверное, уже лет Р·Р° СЃРѕСЂРѕРє, РЅРѕ СЏ думаю, РґРѕ СЃРёС… РїРѕСЂ РѕРЅРё совершенно убеждены, что актерский труд легок. Сказал РґРІР° слова Рё РЅР° следующее утро проснулся знаменитым. Надеюсь, что хотя Р±С‹ РёС… дети Р±СѓРґСѓС‚ знать, что это РЅРµ так».

Никите Михалкову «Раба любви» принесла мировую известность: это был первый фильм режиссера, отмеченный на многих международных кинофестивалях.

«Кстати говоря, первым человеком, сделавшим кассету этой картины, был Джек Николсон, который увидел ее в Лос-Анджелесе, — вспоминал Никита Сергеевич. — Еще и кассета была, что-то такое таинственное, да еще Джек Николсон, да еще моей картины! Тогда об этом даже говорить было нельзя».

Лишь первый автор картины, Рустам Хамдамов, так и остался в тени. После «Радостей...» у него случился длительный перерыв в режиссуре. Зато он нашел себя в другом: в 2003 году Рустам Усманович стал первым в истории российским художником, работы которого при жизни были приняты в современную коллекцию Эрмитажа.

Вера Холодная. Жизнь, наполненная тайнами

Вера Холодная, о которой был снят этот фильм, возможно, не пережила и половины событий, описанных в «Рабе любви». Она родилась в Полтаве, в семье, где профессию актрисы считали чем-то зазорным. Когда Вере исполнилось два года, ее семья перебралась в Москву, где жила бабушка девочки. Здесь будущая актриса сначала поступила в гимназию, а затем была отдана в балетное училище. Вера обожала театр и мечтала стать танцовщицей. У нее были прекрасные данные — изящное телосложение, гибкость, грация. Но родные были против такой профессии. В результате она потеряла несколько лет, окончила училище, вышла замуж. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь. Девушка посещала клуб «Алатр», где собиралась богемная публика. Много разговоров в ту пору велось о синематографе — новом удивительном искусстве, которое все воспринимали по-разному. Одни верили, что кино — это будущее, другие считали его псевдоискусством. Вера Холодная же была настолько увлечена кино, что даже перестала мечтать о театре. С нужными людьми ее свел Александр Вертинский. Много лет Холодная работала в тандеме с режиссером Евгением Бауэром, который раскрыл ее талант со всех сторон, скрывая недостатки. Он придумал отдельно заснять эмоции актрисы, а на экране чередовал их с пейзажами, обстановкой, сценами картины. В результате фильмы запоминались зрителю, а Вера за короткий период стала настоящей звездой. Летом 1917 года, как и героиня фильма «Раба любви», она действительно уехала в Одессу. Когда в 1918 году город заняли французские войска и части Добровольческой армии, актрисе стали поступать предложения от иностранных кинокомпаний. Она могла эмигрировать и за хорошие деньги сниматься за границей. Но Холодная сказала: «Россию я не брошу». В начале 1919 года в городе вспыхнула эпидемия гриппа — «испанка». В один из вечеров Вера после спектакля направлялась в отель, но сани с нею вдруг перевернулись. Она промокла и заболела. Актрисы не стало через несколько дней... А где же история, описанная в картине? Она родилась из легенд, которые распространяли про Холодную после ее ухода. То ли была белой шпионкой, то ли красной. В общем, убита по политическим мотивам, потому что активно участвовала в событиях того времени. Так и родился материал для фильма, который зритель любит и пересматривает до сих пор.

Подготовила Анжелика Пахомова