Премьер Большого театра и ректор Академии Русского Балета имени Вагановой дал эксклюзивное интервью в год 285-летия старейшей балетной школы мира

— Николай, я очень благодарна за вашу книгу «Мой театр». Давно с таким удовольствием не читала автобиографии. Буквально слышала ваш голос, интонации, видела людей, которых вы встречали. У меня много вопросов, которые касаются событий, описанных вами. В книге много мистики и удивительных совпадений. Почему вы уделяете этому такое внимание и значение?

— Вся наша жизнь так или иначе пронизана мистикой и какими-то судьбоносными знаками. Просто одни люди их замечают, умеют считывать, а другие нет.

Если говорить об этом применительно к моей профессии, как артиста балета, все артисты верят в приметы, все абсолютно, даже те, которые публично в том не сознаются. Просто у каждого они свои. Я, например, ни за что не двинусь с места, если черная кошка дорогу перебежала. Я в этом смысле не оригинален. В Грузии и сегодня, несмотря на то что это очень верующая страна, ни одно серьезное решение в жизни человека без совета гадалки или экстрасенса вообще не принимается.

— Ваша мама Ламара Николаевна прекрасно гадала на картах...

— Мама имела в Тбилиси очень высокую репутацию как педагог, физики между прочим, и не менее высокую репутацию как мастерица гадать. Так в ней совмещались, казалось бы, несовместимые вещи. Кстати, она никогда никому не рассказывала, почему, при каких обстоятельствах научилась гадать. Когда ее уже не было в живых, меня находили люди, которые к ней обращались, рассказывали, как мама все правильно им предсказала. И таких людей было немало. Да что про других! Мама перед моими экзаменами всегда раскладывала карты и называла номер билета, который я вытяну. И ни разу в том не ошиблась.

— Как она вас воспитывала?

— Строго. Она считала, что главное в жизни — быть порядочным, честным человеком. Никогда со мной как с писаной торбой не носилась. Наоборот, требовала с меня даже больше, чем с кого бы то ни было другого. Если из школы я приносил не 5, а 4, дома меня ожидал разбор «полета» с пристрастием. С другой стороны, мама делала все, чтобы я мог видеть самое лучшее в кино, театре, музеях; научила любить и ценить книгу, музыку. Наверное, только теперь я могу по-настоящему понять и оценить все то, что она для меня сделала.

— Мама как-то вам сказала, когда вы пожаловались, что у вас слишком ровные ноги: «Наши предки очень давно пересели с лошади на фаэтон». Что вы знаете о своих предках?

— Как ни странно, очень мало. У нас среди родственников такие темы вообще не обсуждались. Потому что на протяжении многих лет, в годы репрессий до Великой Отечественной войны и после, семья жила как на вулкане. Арестуют — не арестуют.